Предсказание от Хафиза
Газель 471
Кто принесёт от сердцекрадицы ласку начертанной строчки?
Где гонец-ветерок — сотворил бы хоть раз он щедрость?
Я всё исчислил: совет рассудка на стезе любви —
росинка, что вздумала знак начертать на море.
Приди — хоть ряса моя и заложена в кабаках,
ни дирхема вакуфного не сыщешь на имя моё.
Речи о «как» и «зачем» приносят одну головную боль, о сердце;
возьми же чашу и от жизни своей отдохни на вздох.
Придорожный лекарь не ведает боли любви;
ступай, о мёртвый сердцем, добудь Мессиево дыханье.
Устало сердце моё от ханжества и барабана под покрывалом;
решаю: у двери кабацкой я подниму своё знамя.
Приди — знатоки мгновенья продали бы оба мира
за единую чашу чистого вина и беседу с кумиром.
Нескончаемая нега — не обычай любви;
коль ты нам собеседник, испей же жало печали.
Я не ропщу; но облако милости Друга
ни капли не пролило на иссохшую ниву жаждущих сердцем.
Зачем же не купят сахар того за единый ячменный колос,
кто из тростинки-пера рассыпал сто сахарных ливней?
Достойной дани твоему величью, о царь, нет в руке Хафиза —
кроме ночной молитвы и мольбы на рассвете.