Предсказание от Хафиза
Газель 209
Что этого больного ты мечом убьёшь — то рока приговор;
а так — у сердца твоего безжалостного нет вины.
Я, бедный, обезумев, когда твою я прядь пускал на волю,
приличнее себе не знал, чем круглое кольцо цепей.
О Боже, что за самоцвет в том зеркале красы горит,
что в нём мой вздох глубокий силы не возымел, следа не дал?
От горькой я тоски главу свою к кабакам приподнял вновь,
ведь в скиту не было ни одного, кто б Старцем знал твоё лицо.
Нежней, чем стан твой, не взросло в лугах кокетство никогда;
и слаще образа его весь мир художества не знал.
Чтоб, ветром взвившись, вновь достичь тропы, ведущей в твой предел,—
мой весь прошедшей ночи прок был ночью напролёт лишь стон.
Такой огонь я снёс, разлуки пламя, что, свече подобно,
мне не было исхода прочь, кроме как в собственный распад.
Был самым стихом о мученье надрыв тоски моей вдали,
стих, чей понятен смысл настоль, что никому не нужен глосс.