Предсказание от Хафиза
Газель 192
Мой стройный кипарис — зачем к лугам не клонится она,
не дружит с розою, забыв жасмин, что помнить бы должна?
На прядь её я как-то раз посетовал — она в ответ:
«Кривая, чёрная, увы, меня не слушает она».
С тех пор как праздное моё ушло к завиткам той косы,
из странствия того домой не хочет возвращаться, нет.
Пред луком брови я молю, мольбе не видно ни конца,
но ухо отвела она — не слышит горького певца.
При всём круженье твоих пол дивлюсь я утреннему дню:
что прах от поступи твоей не стал душистей, чем Хотан.
Когда от ветра завиток фиалки полнится волной,
ах, как о клятвопреступной тоскует сердце, всё в огне!
Сердце в надежде на лицо души не хочет знать своей;
душа, тоскуя по тропе, не служит бренному жилью.
Мой сребролонный виночерп — пусть даже гущу подаёт,—
кто телом, чашею вина, не обратится в жадный рот?
Не делай воду глаз моих забавой гнёта твоего,
ведь без моей слезы вовек жемчужин туча не родит.
Сражён газелью глаз твоих, совета Хафиз не постиг;
достоин лезвия любой, кого и мудрость не пронзит.